Ирен Хицме и Рене Слоткин
Место и дата рождения: 1937, Теплице-Шанов, Чехословакия
Рассказывают о депортации в Освенцим [Интервью: 1995]
ИРЕН: Следующее, что я помню, вскоре после этого: мы идем по снегу, на дворе ночь, и наша… моя мама, наша мама тащит за собой чемодан; и я помню, что не хотела идти — неважно, куда именно, я никуда не хотела. Я помню, что мама сильно дернула меня за руку, как… ну, вы понимаете, мол, хватит, пойдем же. И я помню — это одно из очень ясных воспоминаний о ней — потому что я помню, понимаете, что она фактически тянула меня за собой, как… РЕНЕ: Видимо, я шел спокойно, потому что я не… я не помню, чтобы она меня тянула. Хотя я хорошо помню ту ночь, и помню собак. ИРЕН: Да, да, там были собаки, и они лаяли. А потом мы сели на поезд. РЕНЕ: Точно, я помню, как мы ехали на поезде. ИРЕН: Да, я тоже. РЕНЕ: Я хочу сказать, это был… это… теперь мы знаем, что это был поезд, который шел в… в Освенцим. Но все это вместе — жара, вонь, теснота, вагон битком набит людьми, ох, это была просто пытка, там, в поезде. Вы… я хочу сказать, вы ведь слышали, что люди просто умирали там… ИРЕН: Вокруг все время кто-то стонал, и… РЕНЕ: Да, эти стоны, это… это было ужасно. ИРЕН: А для маленького ребенка это было… ну, тяжело, вы понимаете, все эти тела, которые нависают прямо над тобой. И я помню, что мне хотелось… ну, мне хотелось лечь. РЕНЕ: Да, верно, лечь там нельзя было, по некоторым причинам… ИРЕН: Ну да, там не было места… РЕНЕ: Не было места, или негде было повернуться, или было слишком грязно, в общем, было просто некуда лечь. ИРЕН: Да, не было места. Где ты стоял, там уж и оставался до конца. И… но мы не плакали. РЕНЕ: Нет. ИРЕН: Нет, не плакали. Мы были слишком напуганы. Мы просто откуда-то знали, что плакать не стоит.
ИРЕН: Следующее, что я помню, вскоре после этого: мы идем по снегу, на дворе ночь, и наша… моя мама, наша мама тащит за собой чемодан; и я помню, что не хотела идти — неважно, куда именно, я никуда не хотела. Я помню, что мама сильно дернула меня за руку, как… ну, вы понимаете, мол, хватит, пойдем же. И я помню — это одно из очень ясных воспоминаний о ней — потому что я помню, понимаете, что она фактически тянула меня за собой, как… РЕНЕ: Видимо, я шел спокойно, потому что я не… я не помню, чтобы она меня тянула. Хотя я хорошо помню ту ночь, и помню собак. ИРЕН: Да, да, там были собаки, и они лаяли. А потом мы сели на поезд. РЕНЕ: Точно, я помню, как мы ехали на поезде. ИРЕН: Да, я тоже. РЕНЕ: Я хочу сказать, это был… это… теперь мы знаем, что это был поезд, который шел в… в Освенцим. Но все это вместе — жара, вонь, теснота, вагон битком набит людьми, ох, это была просто пытка, там, в поезде. Вы… я хочу сказать, вы ведь слышали, что люди просто умирали там… ИРЕН: Вокруг все время кто-то стонал, и… РЕНЕ: Да, эти стоны, это… это было ужасно. ИРЕН: А для маленького ребенка это было… ну, тяжело, вы понимаете, все эти тела, которые нависают прямо над тобой. И я помню, что мне хотелось… ну, мне хотелось лечь. РЕНЕ: Да, верно, лечь там нельзя было, по некоторым причинам… ИРЕН: Ну да, там не было места… РЕНЕ: Не было места, или негде было повернуться, или было слишком грязно, в общем, было просто некуда лечь. ИРЕН: Да, не было места. Где ты стоял, там уж и оставался до конца. И… но мы не плакали. РЕНЕ: Нет. ИРЕН: Нет, не плакали. Мы были слишком напуганы. Мы просто откуда-то знали, что плакать не стоит.
В детстве Рене и Ирен звали Рене и Ренатой Гуттман. Вскоре после появления близнецов на свет семья переехала в Прагу, где в марте 1939 года их застала оккупация Германией Богемии и Моравии. Спустя несколько месяцев германская полиция арестовала их отца. Лишь через несколько десятилетий Ирен и Рене узнали, что он был убит в Освенциме в декабре 1941 года. Ирен, Рене и их мать нацисты депортировали в гетто г. Терезина (Терезиенштадта), а затем в Освенцим. В лагере близнецов разлучили и использовали для медицинских экспериментов. После своего освобождения из Освенцима Ирен и Рене еще некоторое время оставались разлучены. В 1947 году организация "Спасение детей" перевезла Ирен в США, где она воссоединилась с Рене в 1950 году.
— US Holocaust Memorial Museum - Collections
