Освобождение нацистских лагерей — Личная история

И вот я узнал от сотрудников военной администрации, что они слышали о группе еврейских женщин из Польши и Венгрии, которых конвоиры-эсесовцы бросили в… в пустующем заводском корпусе. И, хм, которые были… освобождены нашими… войсками. И вот я, мы знали, мы знали, конечно, что мы должны как-то позаботиться о них, даже несмотря на то, что в тот день мы уже не могли ничего сделать, и вот на следующее утро, с новыми силами, мы отправились туда, чтобы разобраться с этим делом. Я слышал о том, где находится этот заводской корпус, и я помню, как подъехал туда, как выскочил из… из джипа и прошел через внутренний двор, где увидел несколько фигур, больше похожих на скелеты; они пытались накачать немного воды с помощью ручного насоса. Но по другую сторону, напротив… возле… я увидел девушку, которая стояла, прислонившись к стене возле входа в этот корпус, и я… я решил пойти, подойти к ней. И я спросил ее по-немецки и по-английски, знает ли она какой-нибудь из этих языков, и она ответила мне, ответила по-немецки. И вот я… ох… я спросил ее об остальных, и она, она сказала: "Пойдемте, давайте я покажу вам". И мы вошли внутрь. Ох, это было неописуемая картина. Женские тела вповалку лежали на полу, на клочках соломы, и на некоторых, на лицах некоторых из них ясно была видна печать смерти. Ох, и их… они, все они выглядели просто ужасно, и, конечно, мы увидели, что все они измождены до предела и… и больны. И тогда случилось нечто невероятное; то, чего я никогда не смогу забыть. Девушка, которая привела меня туда, обвела рукой всю эту сцену разорения, опустошения, со словами: "Будь благороден, человек, будь милостив и добр!" И я едва поверил своим ушам, услышав, что в такую минуту она смогла обратиться к стихотворению немецкого поэта Гете, которое называлось… которое называется "Божественное". Никакие другие слова были бы не в состоянии подчеркнуть чудовищную абсурдность этой ситуации лучше, чем те… те, что она произнесла. И это произвело на меня оглушительное впечатление.