Личная история

Когда мы прибыли в лагерь, я был практически без сознания, я был… только три человека выжило из ста пятидесяти в вагоне. Все они… все остальные лежали замертво. И тогда меня вытащили из… за руки, а кто-то другой за ноги, и бросили меня на носилки… и уже готовились отнести меня в крематорий. Вот куда они направлялись… такое у них было задание. И почему-то они… один из тех, кто нес меня, заметил, как у меня шевельнулась рука, что я еще жив. И вот он, рискуя своей жизнью, отнес меня в барак. На самом деле он был больше похож на душевую комнату. А я тогда был фактически в шоке, я ничего не осознавал. Я подумал… А когда я вошел в уборную, это было… я вдруг очнулся и я… я подумал, что умер. Похоже было, будто я попал на тот свет. "Что здесь делают эти люди? Где я?" И я подумал… я… я был совершенно ошеломлен. Я даже не мог сообразить, где нахожусь. И тогда кто-то подошел ко мне и рассказал, что произошло, объяснил мне, мол, "еще несколько секунд, и тебя засунули бы в крематорий, но они поняли, что ты еще жив". Они сказали: "Никому из твоих ровесников еще не удавалось добраться сюда живым". И вот они взяли меня к себе, и прятали меня, понимаете, тайком держали меня в своих бараках. Никто даже не догадывался, что я там. Я стал для них кем-то вроде героя. Там были мужчины, которые думали, что если я смог выжить, то, может быть, их детям тоже удастся. И они… мне ведь не полагалось никакого пайка, потому что я был… А паек там состоял из куска хлеба — ровно столько, чтобы заключенные не умерли от голода до тех пор, пока… пока их не отправят в крематорий. И вот каждый брал кусок хлеба, который он получал, и отламывал от него маленький кусочек, и давал его мне, и благодаря этому я выжил. А они говорили: "Давид, ты должен выжить, чтобы рассказать людям о том, что произошло".